Лебединая песня Good Mourning!
Знакомство с этой командой произошло в апреле 2016 года, так как они были участниками ивента “КРИКО”, организатором которого являлся автор этих строк. О скримо культуре Украины я тогда был наслышан сугубо поверхностно, знал ярчайших представителей, творчество которых казалось сверхинтересным. 
 
Когда же мне на глаза и уши попалась данная команда, то сомнений в том, что это “оно”, более не возникало. Грязновато-гаражное звучание, эмоциональная лирика, классическо-клишированая (в хорошем смысле) подача материала и подкупающая юность музыкантов. Не кажется ли, что этого достаточно для того, что бы иметь вес в жанре?
 
Перенеся смены состава, парочку концертов и десятки постов с обещанием выпуска нового материала, Good Mourning! спели свою лебединую песню отчаянно красиво: концерт-презентация альбома, который стал последним в истории. Трагический праздник.
 
Шёл я к группе с непонятной тревогой внутри, всё-таки последнее выступление, прощание со зрителями и фанатами. Как они будут настроены на откровенный разговор, и будут ли настроены вообще. Выйдет эта беседа информативной, либо будет суха и скудна. 
 
Нет же. Будучи поглощены своими делами Богдан и Леся, большую часть свободного времени занимались организаторскими вопросами, утихомиривали разбушевавшихся посетителей или мило коротали время за беседой, так как остальные участники должны были появиться к началу концерта. 
 
В виду того, что меня аппаратура немного подвела и начальную часть нашего разговора попросту не сохранила, то ключевые моменты я воспроизведу по памяти, не серчайте. Материал от этого только интереснее будет читать, уверен, ведь на моей практике ничего подобного я не наблюдал.

20403799_1596122667127090_973503776_n

Богдан Сокур, гитара
 
О днях минувших 
 
Разговор наш начался с воспоминаний о легендарной (!) Малой Опере Киева, единении сцен и неразрывности движений. Хардкор посещал эмо, эмо были зрителями хардкора, пока в сторонке трясли гривой металлисты. Сейчас же, как –то разрозненно стало, исчезла поддержка и пресловутое “crew”. 
 
Причина распада
 
Далее разговор затёк в русло, которое обойти было невозможно – причина распада. Как оказалось, всё без каких-либо подводных камней. Один из участников уезжает в другую страну, остальные же, не видят и не смыслят существование группы без него. Конечно, найти нового участника можно было бы, но стал бы он частью “семьи”? Отнюдь.
 
 О “семье”
 
Семья, это тот поток людей, который пронёсся сквозь группу за время её существования. Да, Good Mourning! нельзя назвать мастодонтами сцены, либо её старожилами, но и на своём веку они успели повидать немало. Вплоть до того, что один участник, который даже живьём ни разу не выступал с командой - оказал огромнейшее влияние на дальнейшее творчество.
 
О любви к поэзии
 
Я упомянул, что русскоязычные скримо / эмо группы частенько в материал внедряют творчество классических поэтов: Бродского, Есенина, Маяковского, Блока и т.д. С чем это связано? 
 
Если не ошибаюсь, то Богдан и Лёша придерживались мысли, что инструментальная составляющая screamo, как нельзя кстати подходит к творчеству вышеописанных гениев. По-своему, мрачная, гнетущая, переполненная разочарованием, тонкой надеждой и слабой верой. 
 
Коль гитарная музыка была бы изобретена раньше, то музыканты вполне видят того же Маяковского в качестве лидвокалиста срывающего связки во время “Любит, не любит…”
 
Язык оригинала ответов Neformat не менял, поэтому тут будет фигурировать как украинский, так русский.
 
О вдохновении музыкальном
 
Нестор: Богдан хотел играть что –то типу Tristan Tzara. Мне эмовайоленс вообще никогда не заходил, не нравились эти  звуки, как будто свиней режут. Из скримо я слушаю вообще мало. Очень любил / люблю группу William Boney, мне всегда хотелось ребят куда–то туда скатить. 
 
20495590_1596122733793750_2053777158_o
 
Нестор Озерянський, гитара
 
Илья: Old Gray грей тоже, да? 
 
Нестор: Нет. Нихера я не люблю, кроме William Boney и Defeater. Мне кажется, что как раз в последнем альбоме, там если брать, как пример треки “Процесс” , “Держи мою руку” и “Сожми её крепче”, то скорее мы ушли в какой –то мелодичный панк-рок / хардкор, нежели скримо. Даже мне кажется, что вокал стал менее жестким. 
 
Если вдохновение первых работ, как вы сами сказали это было Tristan Tzara или Orchid, то сейчас это такое, более скажем, лайтовое звучание. Относительно конечно.
 
Богдан: Так, ми там навіть вкрали один рифф (смеется) [имеется в виду творчество Tristan Tzara].
 
Нестор: Больше к эмочинке.
 
Нестор: Я вот лично когда пришел после Lemniscate (дебютный LP), то постоянно хотел скатить группу в очень ламповый мидвэст, без какого-либо перегруза. 
 
20428347_1596122713793752_803874113_n
 
Леся Сокур, вокал
 
Хорошо, если более точно указать пример? По типу кого, на кого был ориентир? 
 
Нестор: Это La Dispute. Трек “Процесс” - максимальный закос под La Dispute был, с моей стороны. На записи альбома я любые попытки Богдана включить перегруз пытался пресекать. Любые мысли “свистеть” гитарой как –то сходились к: “Богдан, давай не будем. Давай всё сделаем с чистым звуком , лампово и по олдскульному”.
 
Возможно, это моя вкусовщина, но мне кажется, что “Жди” намного тяжелее Lemniscate. Во многом из-за вокала, если музыка стала в каких –то моментах легче, то вокал – наоборот, приобрёл явную истеричность. 
 
Леся: Наверное, потому что я пыталась вокалом зацепить в каждом треке как можно большую аудиторию. Допустим, трек, где я прокрикиваю - это само собой ближе к скриму и скримо, следовательно, я охватываю одну аудиторию. Там, где я пою, (совместный с Ильёй парт в треке “Держи мою руку / сожми её крепче”), они более в эмо стилистике, это охват другой аудитории.
 
 20428337_1596122673793756_95666480_n
 
Илья Почкун, барабаны
 
К примеру - друзья, которые про скримо вообще ничего не знают, я дала послушать свои треки, им понравилось. 
 
Может это хороший знак, что материал, предназначенный для узкого круга может быть доступен для более широкой аудитории? 
 
Илья: В общем, мы внутренние маркетологи, у нас всё продумано, для кого какая песня, своя аудитория, как зацепить, на какую точку нажать и всё такое. 
 
Нестор: Давно ещё, когда только мы взяли Лесу, я зашёл в статистику группы, увидел, что у нас 80% мужской аудитории, и понял, что это очень плохая стратегия продвижения группы. С тех пор я шучу, что Лесю мы взяли для того, что бы нас потом феминистские паблики репостили и повышалось количество женской аудитории. 
 
Повлияло ли на вас скримо отечественного производства? 
 
Богдан: Oh, Deer!, з них я почав слухать скрімо. Це для мене топова банда не те що в Україні, а й, мабуть, взагалі, з усіх. Особливо “Сім Сестер” - це просто нереальні емоції та враження. Oh, Deer! для мене – орієнтир. 
 
Есть ли жанру скримо вообще куда –то развиваться? 
 
Илья: Научиться играть на барабанах, гитарах, научиться петь.
 
Не в этом ли и состоит весь шарм? 
 
Богдан: Супер стандартне скрімо, по типу kasatka, від цього я взагалі вважаю, що треба тікати. Треба якась серйозність. Хоча б нормальний запис, можливо, навіть концепція групи. Ліпити шопопало і говорити: “Та ми скрімо граєм, нам вообщє похуй” - не варіант. 
 
Нестор: Я тоже продолжу мысль Богдана, полностью согласен с ним. Думаю, что появится качественный материал, который будет хорошо записан. Не будет такого, что если скримо, то пофиг на расстроенные гитары. Текст – просто проору в микрофон. Записи -  будем делать дома на кухне. Что бы появлялся качественный материал, люди приходили на концерты, не ради движа, слэма или атмосферы, чтобы действительно ценить музыку. 
 
Богдан: Це навіть Валік з Yotsuya Kaidan говорив, що вони грають emoviolence, але хочеться щоб їх слухали, оцінювали їх музику, а не просто прийшли покричать в мікрофон та поштовхати музикантів. Зараз у нас щось таке і трапляється – людям абсолютно похєр на музику, вони приходять чисто покричати в мікрофон, навіть не знаючи слів, просто крикнути. Це, з одного боку, добре, так, люди випускають пар, але з іншого, – музиканти стараються, навіть музиканти в лапках, витрачають свій час, потіють в гаражах / підвалах, щоб це якісно зробити, а людям абсолютно похєр. Від цього потрібно позбавлятися, в цьому має бути розвиток скрімо. 
 
La Dispute добавили в скримо разговорный жанр, Состояние Птиц – скрипку. Как жанр этот жанр пытались расширить вы?
 
Богдан: Здається, на пост-совку не було поєднання чоловічого і жіночого вокалу, як у нас. На цьому ми трохи і виїхали.
 
Нестор: И в ритмичности, как бы это не звучало. Мы всегда шутили, что у нас жанр “диско-скримо”, скримо, под которое можно потанцевать. Мы всегда старались быть какими –то более ритмичными. 
 
Кто вы вне музыки?
 
Лёша: Вне музыки я занимаюсь музыкой, на данный момент, как бы это не звучало. Продаю музыкальные инструменты, организовываю концерты, постоянно занимаюсь
уличной игрой.
 
 20465062_1596122720460418_1627305726_o
 
Алексей Мазурин, бас
 
Леся: Я бью татуировочки хэндпоуком.
 
Богдан: Я займаюсь живописом. Живопис моє все разом із ГМ.
 
Илья: Я делаю рекламу.
 
Комментарии оставляемые вам, всегда носили позитивный окрас, что вы скажете на прощание слушателям и читателям? 
 
Богдан: Саме головне – йдіть до нормальних звукачів та не записуйтесь на диктофон, заєбали. 
 
Нестор: Отстраивайтесь нормально, не меситесь на канцах, не сносите барабаны. Старайтесь слушать музыку.
 
Илья: Не играйте скримо.
 
Богдан: Замовляйте картини і тату.
 
И инструменты покупайте
 
Илья: И рекламу
 
 
 
 
Все фотоматериалы предоставлены участниками группы
 
 
Подписывайтесь на наш Telegram канал. 
Neformat.com.ua ©